— Авария?

— Да.

— Причины взрыва установлены?

— Конечно.

— Удовлетворительные доказательства?

— Кампания, построившая трубопровод, «Аляска», была удовлетворена.

— Но не все были удовлетворены?

— Некоторые отнеслись скептически. Штат и федеральное агентство воздержались от комментариев.

— Какие объяснения дала «Аляска»?

— Техническая неисправность и сбой в электроснабжении.

— Вы сами этому верите?

— Меня там не было.

— Большинство было удовлетворено объяснениями?

— Очень многие им не поверили.

— Мог быть саботаж?

— Может быть. В тот момент я был здесь. Я никогда не видел восьмой станции. Она уже отстроена вновь, разумеется.

Демотт вздохнул.

— Здесь мне следовало бы продемонстрировать некоторые признаки раздражения. Не доверяете себе, мистер Финлэйсон, не так ли? А из вас мог бы получиться хороший агент службы безопасности. Не думаю, что вы рискнули бы высказать свое мнение, относительно того, не имело ли места укрывательство.

— Мое мнение не имеет значения. Имеет значение то, что пресса Аляски была абсолютно в этом уверена, и широко и открыто об этом писала. Тот факт, что газеты, казалось, совершенно не опасались обвинения в клевете, можно бы рассматривать как существенный. Они были бы рады общественному запросу, а «Аляска» отмалчивалась.

— Что так возбудило прессу? Или это лишний вопрос?

— Прессу взбесило, что ее не допускали на место аварии в течение многих часов. Но еще больше взбесил тот факт, что не пускали их не мирные служивые штата, а частная охрана, которая, что невероятно, сама перекрыла государственные дороги. Даже их собственный представитель по связям с общественностью признал, что их действия являются незаконными.